Авторизация
Меню

Календарь
 Сентябрь 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
 
 
 
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30


Среда 16 сентября 2009
Сообщение прочтено 787 раз

 Твір по мотивам відомого фільму Урсуляка "Ліквідація" та книги Пояркова. Написаний в співавторстві з дівчиною Трініті (нік) з Санк-Петербургу.
Твір не є продовженням "Ліквідації" і не має жодного відношення до авторських прав авторів фільму, він є роздумом на тему фільму, що захопив глядачок. Також певні ідеї почерпнуто з книги "Контроль" Суворова.
Дія відбувається паралельно дії фільму і продовжується по його завершенню. З'являються троє нових героїв - дві дівчини та два спецагента, які вриваються в сюжет фільму.
Нас чекає: протистояння спецслужб, виживання в умовах один проти всіх, звісно ж кохання, зрада і відданість.
Твір написано мовою оригіналу.


Комментарии (2)  
Рошенка | 2009-09-16 11:31:22 без темы
Сообщение прочтено 340 раз

 

«Все участники этой истории — люди. И каждый из них по отдельности имеет свою правду. Но у них разные дороги.»

 

Сергей Урсуляк.

 «Раньше бы про моего Академика из «Ликвидации» сказали бы – злодей. А я его понимаю. Он воюет за свою Родину.»

 

Михаил Пореченков.

 

 

 

 

Пролог

 

- Через три месяца у Абакумова на столе лежит отчет о персонаже. И чтобы это не было хвалебной одой! – высокий человек в военной форме с погонами генерал-лейтенанта ГБ расхаживал по кабинету.

- Я поняла, Сергей Романович! - ответила стоящая перед ним статная девушка-полковник с бархатными карими глазами, тоже в гбэшной форме.

 

            Вечерело. На улице Пастера двое фраерски прикинутых щегла подкотили к девушке в простеньком платьице, только что обработавшей  богатую клиентку.

 - Мадам! Мы таки имеем к Вам разговор! – Один из щеглов театрально подал руку, а второй сунул под бок волыну.

 Девушка сразу поняла, что кипишевать не стоитт. Они пошли вечерней улицей, свернули куда-то, потом пошли незнакомой ей дорогой теряясь в каких-то закоулках. В оконцовке они оказались перед невзрачной дверью, ведущей в какой-то бер. Пацаны бесцеремонно втолкнули ее во внутрь, потащили коридорами и вот, оказались в комнате. Комната была боагто убрана
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:30:00 без темы
Сообщение прочтено 383 раз

 

Пара слов за «Ликвидацию»

 

- Не понял?!!! Не, Тиша, вот скажи мине – где мировая справедливость??? – Леха Якименко, капитан  МВД посмотрел на дверь кабинета, что закрылась за Гоцманом и секретаршей, - Не, як Сеньку Шалого брать – так Якименко бикицер и за поспать накрылось! А как щипачку с Молдаванки - так тут Маркыч и сам справится! – Леха поднял обиженные глаза на Тишака. – Не, ты как знаешь, а я пошел Маркычу помагать ее колоть!

            И Якименко деловито поправив костюм, зашел в кабинет Гоцмана, замначальника одесского УГРО:

- Давид Маркыч! А шо у нас за краля? Таки облава удалась, а мы за то и не в курсе!

- Леха! Бигицер с Леньчиком столы двигать – у нас новый работник – надо рабочее место организовать, знакомтесь, кстати – Оля, наша секретарь.

- Наше Вам с кисточкой! – оторопев от неожиданности, шаркнул ножкой Леха, - Якименко, для Вас – Леша. Мадам, позвольте-с ручку! – картинно склонился.

- Леня. – Смущенно представился молодой парень. Ольга тепло улыбнулась обоим.

 

            В Одесский военный округ был отправлен Маршал Жуков. Естественно, что приехал он не один, а с бдительными людьми, призванными денно и нощно охранять его покой. А самым бдительным бойцом по этой части был Дмитрий Орлов, он и возглавлял охрану Маршала…

           

            Жаркое лето выдалось в Одессе, духота стояла неимоверная, асфальт плавился, мухи хекали. И в этой духоте плавилось под суровым взглядом грозного большого человека вся верхушка Одессы. Большой человек резко расхаживал между одесскими чинами и отрывисто бросал критические замечания в их адрес. На плечах грозного человека
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:29:07 без темы
Сообщение прочтено 303 раз

 

Ира проснулась рано. По обыкновению вышла к своим цветам. Солнце заставило ее глаза заблестеть, легкий морской ветерок развевал ее чудесные волосы, аромат роз окутывал ее, на патефоне пел Утесов. Она услышала внизу голос Ольги и сильные шаги. Осторожно выглянув, она увидела сквозь листву своего садика выходящих Олю и Виталия, и странное чувство посетило Иру - вроде бы она знала этих людей,  и казалось, это были не они. Куда-то исчезла та суровость в глазах ее новой знакомой, куда-то подевалось то, что пугало ее во взгляде майора...

 

 

            Они вышли с дома Ольги и во дворе  наткнулись на почтальона:

- Доброго здоровьячка! Я конечно, дико извиняюсь, но не скажите где здесь Ольга Пархоменко живет. Тут, таки, для нее телеграмма. – Обратился он к Кречетову.

- Оль, это кажется тебя, - кивнул он ей.

            Ольга приняла телеграмму и торопливо начала ее читать.

- О, Танечка пишет, что поступила! – радостно воскликнула она.

- Твоя подружка? – спросил Кречетов.

- Сестра, в Могилянку поступила! – Ольга от радости прыгнула на Виталия.

- Ну, так молодец девчонка! – порадовался Виталий.

            Они радостно шли на работу. А в душе Ольга становилась все мрачнее и мрачнее. Ни от какой не от сестры была телеграмма, тем более, что и сестры у Ольги не было, и ни в какую Академию, она соответственно не поступала. Телеграмма была с центра от ее руководства. И если уметь читать правильно, то это был стандартный приказ найти и обезвредить врага, с неограниченными правами, т.е. в случае сопротивления – уничтожить. А если правильно переставить буквы, то получится и имя, точнее кличка этого самого врага – «Академик». Так же указывалось, что Ольга должна сменить приоритетность задачи с Маршала на Академика и в первую очередь заниматься им…

 


Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:27:47 без темы
Сообщение прочтено 341 раз

 

 

…Почему-то все они говорили о войне, точнее, Ольга, Ира и Дмитрий. Вспоминали, какие-то события; яркие и жестокие, светлые и печальные; людей- живых и ушедших, родных и едва знакомых. И только Кречетов молча слушал, щепкой, чертя на песке какие-то замысловатые узоры.

- Виталий, а где Ваши родные? – Ольга пыталась рассмотреть его рисунки.

Он поднял на неё глаза - спокойные, чуть усталые.

- Родителей давно нет…- произнёс буднично, - семьёй обзавестись не успел, - и снова вернулся к своим рисункам.

- Вы ведь тоже не одессит? – Дмитрий запустил камешек в море.

- Не-а. Пскобские мы, - стёр узоры. – Неужели так заметно. Меня уже пол УГРО пытало.

- Нет, наоборот. Я думала, вы столичный житель. – Его ответ немного удивил Ольгу.

Красивая, правильная речь так не вязалась с его биографией.

- Столичным пришлось стать, когда в Военной училище поступил. А до того, коров пас, сено косил, землю пахал. – Кречетов казалось, немного расслабился, даже расстегнул верхнюю пуговицу гимнастёрки. – Темнота, - усмехнулся. – Это уже потом за книжки сел, уму- разуму учиться.

- А почему в военные решил идти?- Дмитрия то ли из простого любопытства, то ли из-за профессиональной привычки  интересовала его биография.

- Книжек про сражения разные начитался. У нас рядом имение барское  было, а как революция случилась, хозяева  то ли сбежали, то ли… Библиотеку свою они бросили, вот я пацаном книжек оттуда и натаскал... Красивые, с картинками. Читать не умел, только картинки эти и смотрел. А там, мундиры, пушки…С картинок всё и началось, - он несколько мгновений задумчиво смотрел вдаль, словно хотел вернуться туда - в своё детство.

-  А у меня никаких картинок, Комсомольская путёвка, вот и все картинки. С Кировского завода - по велению партии и зову сердца,  - Дмитрий запустил  в воду ещё один камешек.

-
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:26:40 без темы
Сообщение прочтено 289 раз

 

После ужасного окончания концерта, Оля и Ира шли домой. Гоцман и Кречетов куда-то исчезли. У Ольги дрожало сердце, она понимала, что ничего хорошего с ними не произойдет. А Гоцман был настроен решительно. И Виталий с ним. Но она пыталась гнать эти мысли. Она знала, что сегодня ночью у нее еще одно испытание. Ира шла рядом и молчала. Ее изумлению не было предела – посметь ворваться с оружием в такой момент! В момент, когда наконец-то сбылась мечта всех философов и гениев – в момент наивысшего единения, когда людей ничего не разделяло, когда они были едины в своем порыве, в своем восхищении искусством, когда их сердца трепетали, когда плакали даже авторитеты и Давид Маркович, в момент когда вся Одесса любила, плакала, смеялась, согревала друг друга. И в этот момент: «Театр окружен. Всем приготовиться к проверке документов!»…

            Ольга тоже была шокирована и пообещала припомнить это одесскому управлению. Но сегодня у нее были другие заботы. До встречи со связным с центра оставалось около двух часов. Девушки в полном молчании шли домой, зашли в свой двор:

- Доброй ночи, Оля!

- Доброй ночи, Ира!

            И каждая повернула к своей двери.

            Ольга медленно вошла в комнату, осмотрелась, подошла к рукомойнику, брызнула в лицо холодной воды, пытаясь стряхнуть городскую пыль и усталость. Сильно выдохнула, взглянула в зеркало, подошла к шкафу с платьями. С дальнего угла достала чемодан, пошарила в нем рукой, открыла второе дно и извлекла маскировочный плащ, цвета хаки с капюшоном, позволяющим полностью скрывать лицо. Она сбросила вечернее платья, одетое в театр, переоделась. Ольга еще раз глубоко вдохнула и выдохнула воздух. Со дна чемодана она достала мягкую шкатулочку. В ней лежал флакон духов и кольцо. Кольцо было выполнено в виде змеи с бриллиантовыми глазами, сидящей на черепахи. Несменный символ взаимного сдерживания структур, с которыми ей приходилось работать – «Укусить что ли? Так сбросит. Сбросить что ли? Так укусит». Духи имели сильный женский властный аромат. Это был аромат силы. Такие духи были одни. Их изготавливали по специальному заказу, и аромат менялся раз в полгода. Кольцо и духи были паролем. Это был ее знак. Сегодня эти знаки ей нужны были для встречи со связным. Словесный пароль можно подслушать. Вещь заподозрить. А вот аромат и украшение на женщине смотрелись абсолютно невинно. С глубоким вздохом она накинула плащ и пошла к морю.

            Она думала о том, как найти Академика. После получения телеграммы Ольга не знала, что делать – персонаж
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:25:55 без темы
Сообщение прочтено 304 раз

 

На городских часах пробило пять утра. От этого звука Оля проснулась. Солнце медленно выплывало из моря, прохладный утренний ветер разгонял ночь. Она лежала у замаскированного входа в катакомбы, укрытая плащом Академика, рядом сидел он сам. Виталий за всю ночь не сомкнул глаз, если можно назвать ночью те минут сорок, которые он оставил ей выспаться, он сидел рядом, оберегая ее сон. Что она спала, сказать можно с большим преувеличением – она металась во сне, плакала и звала Виталия. Все это время он держал ее за руку и гладил по волосам, пытаясь успокоить. Оля открыла глаза и непонимающе осмотрелась вокруг, место ей было не знакомо.

- Доброе утро! – поцеловал ее Виталий.

- Доброе утро! – она прижалась к его щеке.

- Как ты, Оля? Ночью ты была очень неспокойной…

- Когда заснула или до того?

Виталий улыбнулся. Она встала и пошла к морю искупаться, плескалась она не долго – хотела быстрее вернуться к нему. Когда подошла к катакомбам, он протянул ей завтрак – сыр с сухим хлебом, из запасов, заготовленных в катакомбах и свежий виноградный сок.

- Спасибо, - улыбнулась она.

- Ну, это не тот ароматный кофе, которым ты меня будила утром, но все же, - улыбнулся он. Они перекусили, а она все пыталась понять, где они находятся.

- Оля, тебе предстоит привыкнуть к этим местам и запомнить сюда тропинку, да так, чтобы никто на хвосте не висел – тут мы будем чаще всего видеться, и не только мы вдвоем – это мои катакомбы, здесь бываю я, ты и люди, которые меня хотят убить, но не сейчас – мои подручные. А сейчас, пошли в город, тебе еще надо переодеться, - он лукаво посмотрел на нее и ее плащ, - или ты собралась на работу опоздать? Что же Давид Маркович-то скажет?

            Давид Маркович появился в УГРО ближе к обеду и сразу же заметил бледность на лице Ольги. Кречетов, который за это время выспался у себя в кабинете, был вне подозрений.

- Оля! Шо-то вид у тебя лимонный! До завтра свободна! И никаких но! – приказал Давид Маркович.

 

            В одесском МГБ разбирали почту – телеграммы, шифровки
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:24:48 без темы
Сообщение прочтено 492 раз

 

В тот день, что был после концерта и той ночи на берегу, во второй половине дня, пока Оля с Ирой беспечно искали ваниль, а потом пекли тортик, человек которого они встретили в кондитерской, мог запросто расстаться с жизнью. Сенька Шалый, которому Гоцман дал задание внедрится в банду, выследил Чекана, левую руку Академика. Гоцман и Кречетов со своими ребятами устроили облаву, но Чекан ушел, а им удалось взять Родю – фальшивомонетчика, возле дома которого убили Фиму. Он был на квартире у Чекана. В тот же день кто-то убил Родю, надежно запертого в железном шкафу. Подозрение упала на новенького в УГРО – конвойного Лужова, который мастерски управлялся с канатом и мог запросто залезть в шкаф через дырку в потолке. Но когда его привели, Лужову удалось вырваться, но пуля Якименка его настигла. Стало ясно, что где-то рядом рука Академика. Первым это предположение высказал Кречетов, Гоцман заволновался.  Когда Оля отнесла по поручению Гоцмана бумаги в военную прокуратуру и возвращалась в УГРО, она заметила Гоцмана, как-то озабочено и быстро идущего по улице. Она насторожилась и решила проследить. Так она проводила Давида Марковича до здания, где размещалась контрразведка. Ей это оче-е-ень не понравилось. Чусов, казался ей не таким уж простым, и что-то подсказывало, что от него можно ждать чего угодно. Гоцмана она тоже безмерно уважала, и даже иногда он ее пугал, но тут она была спокойна – она видела, кем для Гоцмана есть Кречетов и понимала, что эмоции заслепят Давида Марковича и на Виталия он подозревать не будет. Но зачем он пошел в контрразведку? Холодный ум Чусова мог беспристрастно оценить ситуацию.

            Не нравился ей Чусов! Ой не нравился! Вернувшись с работы Оля нервно подошла к рукомойнику, брызнула в лицо холодной водой. Наскоро перекусила, не ощущая вкуса, и задумалась. Виталия она почти, что не видела с утра. Но в УГРО он был какой-то не такой. Что-то явно его давило, казалось в нем дрожит какая-то тоска. Он, всегда такой дружелюбный, веселый, сегодня почему-то был груб с Довжиком, с отвращением посмотрел на стакан водки, предложенный Якименко… Тот лишь понимающе пожал плечами – после такого вечера! Да, не прав ты Якименко, - подумала Ольга, - не в водке дело! Но в чем? Что задело Виталия? Она подошла к шкафу с платьями, выбрала кремовую блузку с застежкой доверху, нежную юбку за колено, какая-то печаль овладела ею, ей хотелось одеться как-то поспокойней и скромнее, она задумчиво открыла шкатулку, выбрала маленький, жемчужный, еще дореволюционный кулон в серебряной оправе, скромные сережки-жемчужинки и такое же колечко, собрала на затылке шоколадные волосы и посмотрела в зеркало. На нее смотрела задумчивая девушка, напоминавшая барышню, только, что окончившую пансион. Она достала духи, на этот раз не парольные, а простые с нежным запахом сирени, еще раз посмотрела в зеркало и с глубоким вздохом спряталась под маскировочный плащ.

 

            В самом сердце катакомб, апартаментах  самого Академика одиноко горела свеча, на уступе
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:22:48 без темы
Сообщение прочтено 298 раз

 

Ирина и Ольга сидели в ресторане. Ресторан был неплохой, как для послевоенного времени, и даже симпатичный – простой деревянный пол, светлые чистенькие стены, большие окна, укутанные гардинами. В зале чувствовалась какая-то легкость и воздушность. В центре зала, на маленьком возвышении пела женщина

            Ольга разлила принесенное вино

- Как у тебя дела?

- Нормально. Пишу роман. – Ира явно оттягивала главные вопросы, ну ничего – надо же когда-то и просто поболтать.

- И что там?

- Не знаю, последнее время, мне все не ясно и не ясно, что будет там дальше. Дать моему персонажу возможность отомстить? Или простить, дать ему любимую, детей, друга, спокойную жизнь…

Ира задумчиво вертела в руках бокал. Ольга смотрела на нее, и вдруг за одним из столиков увидела Кречетова. Ей сразу показалось, что это она слушает Ирин роман и потому он ей чудится. Но, нет – вон он сидел, вполне реальный. Ира с Ольгой сидели чуть поодаль, справа от Виталия, они четко видели его профиль, ставшее вдруг жестким лицо, сильное, готовое, если надо, к прыжку тело. Взгляд Кречетова сверлил входную дверь. Она вдруг распахнулась и в нее осторожно вошел Гоцман, его лицо было недобрым. Давид осмотрелся по сторонам, его цепкие глаза прожигали Кречетова, Гоцман резким движением снял кепку и провел рукой по непослушным волосам. Ольга с Ирой, переглянулись. Что-то происходило. Они вглядывались в такие дорогие им лица мужчин, и их тревога накатывалась все сильнее – Виталик с Давой не были сейчас похожи на друзей, зашедших выпить рюмку водки.

Давид, походкой тигра, играющего с жертвой, с видом «Вот ты где, Кречетов Виталий Егорыч!», подошел к столику Виталия. Кречетов демонстрировал дружелюбия, вытягивая из последних сил их дружбу, он приглашая, показал рукой на стул. Давид протестующее на него посмотрел, кивнул головой в сторону и что-то сказал. Виталий безмятежно на него взглянул и что-то ответил, через мгновение его лицо стало жестким, и он кинул в лицо Даве какой-то укор и выжидающе на него посмотрел. Девушкам не было слышно разговора, но они отчетливо видели каждую черточку их лиц. Ольге стало не по себе, она чертыхнулась, что выбрала этот столик – Виталий сидел к девушкам ближе чем Давид, и если что… Ира побледнела и беспомощно посмотрела на Ольгу.

– Что это с ними? – Ольга недоумённо следила за их «поединком».

– Не понимаю. Может быть какие-то дела, не решённые вопросы. У мужчин всегда есть что обсудить, – Ирина смотрела на Гоцмана. Мужлан, биндюжник, без косой
Читать


Рошенка | 2009-09-16 11:19:12 без темы
Сообщение прочтено 289 раз

 

А все-таки интересно Ольге было, что это за музыка и топот пляски на маршальской кассете был? Академик сегодня собирался быть поздно – они с Давидом что-то там обсуждали, и поэтому у Ольги было время.

Она пошла ночной Одессой. Идет, на улице ни души. Видит дом маршальский и как раз музыка оттуда, пляски… Интересно…

Ночь покрыла Одессу, стоит дом красивый, с лепными карнизами. Удобная вещь карнизы! Вжимаясь в стену, почти распластавшись по ней, вверх движется стройная фигурка…

Жесткий кирпич царапает тело, то и дело из высыпающегося шва раствор облущивается, пыль в глаза сыпется, руки в кровь содраны, а ей же сегодня этими руками… Ползет Ольга по стене, всем телом в нее вжимается, практически одно целое она с ней…

В окне свет не яркий, а среди комнаты крупный человек, плясовую выдает! Эх, лихо ж пляшет! Красивый человек – властный, суровый. И, главное, живой – не канцелярская крыса. А то бывает человек погоны собрал, к креслу прирос и усе – пиши пропало. А с этого энергия ключом бьет! Так и затягивает эта энергия, ведет за собой! Ниче не скажешь – харизма. Только ж зачем этот сильный человек похабные жесты портрету вождя показывает? Интересная картинка получится… Так, на минутку, для истории…

Распласталась на стене Ольга, животом, грудью к стене прилипла, аккуратненько из-за корсета достала фотоапаратик – хорошие в их ведомства фотоаппараты были, весь Союз фэдами пользуется, громоздкий, вспышка магниевая, а тут маленький, аккуратненький.  И давай картинки щелкать. Нащелкала и аккуратненько по стеночке спустилась…

Идет по улице, довольная, а на встречу ей мужчина под шпану одетый и к ней:

-Гражданочка, Ваши документы!

-А Вы кто, чтобы такие вопросы задавать?

            Потянулся мужчина за корочкой в карман, но достать не успел – грянул выстрел, и лежит человек не двигается, оттащила его с дороги Ольга но не тут-то было – из под земли выросло пятеро сильных парней и не удалось Ольге с их рук вырваться…


Читать

12Вперед | Указать страницу